Хан Абылай умело использовал дипломатические отношения, чтобы лавировать между двумя крупнейшими державами – Россией и Цинской империей, минимизировав угрозу прямого столкновения казахов с цинской армией и снял многолетний джунгарский прессинг. Поддерживая дипломатические отношения с обоими государствами, он сумел обеспечить практически полную независимость Казахского ханства.
Центральным элементом дипломатии Хана Абылая была стратегия «многовекторности» или, как ее часто называют, гибкая дипломатия, политика лавирования между Российской и Цинской империями. Хан Абылай прекрасно понимал, что в одиночку Казахское ханство не сможет одолеть своего векового и самого опасного врага – Джунгарию, которая представляла экзистенциальную угрозу для казахов. В то же время он осознавал, что и Россия, и Цинский Китай, помогая в борьбе с джунгарами, преследуют собственные экспансионистские цели. Поэтому его дипломатия была направлена на то, чтобы использовать противоречия между крупнейшими империями для решения главной задачи – ликвидации джунгарской угрозы.
В 1755-1758 годах, когда Пекин последовательно ликвидировал Джунгарию, Абылай поддерживал активные посольские контакты с двором Цин, принимая символические формы вассальной лояльности (дары, грамоты, знаки отличия) ради безопасности казахского народа и доступа к приграничной торговле. Он добивался освобождения казахских пленных, согласования перекочевок к восточным пастбищам и открытия рынков в Или и Тарбагатае. Это закрепило последствия падения Джунгарии в пользу казахов: возвращались земли и маршруты кочевок в Семиречье, на Тарбагатае и Алтае.
Источники:
«Менің өмірім. Тәуелсіздікке» кітабы бойынша іздеу